Волшебное представление

Дорогим Асе, Лене, и о.Георгию на Рождество две тысячи тринадцатого года.

-Ты совсем с ума сошла?!- звучал в трубке недовольный голос Лены,- Ты в курсе, какое сегодня число? Нет, да ты просто издеваешься!

-Меня просил отец Г.

-Ну, я все понимаю… а он не мог попросить хотя бы за месяц? У нас всего три дня, чтобы провернуть такое! Это же дети! К ним нельзя просто так взять и придти!- в голосе Лены слышалось отчаянье.

-Я не могла отказать ему, а в его лице и обездоленным детям.

-Это все замечательно. Но ты сама подумай, сегодня третье января. Мы что, за три дня поставим елку? Это не говоря уже о том, что кто-то еще на ночное в храм собирался.

-Вот Бог и поможет,- усмехнулась Ася.

-Но у нас даже самого главного нет! У нас нет Деда Мороза!

-Значит, сыграем, будто мы его очень ждем, и он приходит незримо.

-Незримо… к пятилетним детям… ты вообще в своем уме? Впрочем, чего я спрашиваю,- вздохнув, махнула она рукой.

-Все устроится, главное попробовать.

-С чего устроится?

-Ты же знаешь, главное верить!

Лена тяжело вздохнула. Да, она знала это, однако не думала, что чудеса касаются и таких обыденных вещей. Действительно, сложно представить, чтобы за два дня нашелся какой-то Дед Мороз, который согласился бы в Рождественский сочельник оставить семью и поехать в детский дом, где очень сложный зритель. К тому же, по словам подруги, там были дети до пяти лет – практически самая  сложная публика. Самые маленькие кричат, те, что постарше – безудержно носятся. Привлечь их внимание уже достаточно сложно, а удержать в течение часа…К тому же не было даже сценария. Брать классическую историю про ожившие игрушки или ожидание Деда Мороза – вариант, конечно, хороший, но больно уж избитый.

Впрочем, Лена поняла по голосу подруги, что отказаться у нее нет ни малейшего шанса. Она слышала в голосе Аси, что если она откажется – то лучшая подруга поедет одна, а её потом будет мучить совесть. Вероятно, в этом и есть смысл дружбы – идти на заведомо неудачную авантюру только из-за того, что на нее решил отважиться твой друг. Зачем? Да потому, что горечь поражения, разделенная на двоих, не так жжет сердце.

Ася верила в чудеса и жила этой верой. Порой в глазах этой красивой серьезной девушки, учителя от Бога, вдруг проскакивала детская искорка. Эта скрытая детскость, пожалуй, была её главным достоинством, именно она позволяла ей танцевать горячие цыганские танцы так, что зритель ценил именно пластику, а не тело танцующей.

Разместив объявление в Интернете, Лена принялась писать сценарий, представляя себе бедный зал детского приюта. Голые обшарпанные стены, невозможность поставить и пары декораций – картина угнетала её, но делать было нечего.

***

Ася оценила по достоинству согласие подруги. Она прекрасно понимала, что Лена во многом права, если не во всем: маленькие дети, жалкое подобие сцены,  отсутствие времени, чтобы хоть что-то взвесить, продумать, построить. Эти мысли запросто наполнили бы душу любого  унынием, но наша актриса чувствовала, что в происходящем есть нечто большее, ведь неспроста попросил её об этом именно священник. Как и любой воцерковленный человек, она видела в словах и делах священника нечто большее, понимала, что во всем, что связано со священством, всегда есть тайный смысл, некий второй план реальности, скрытый от глаз простых обывателей.

Иногда грусть пыталась заползти в её сердце, ведь шансов организовать что-то путное у них не было, но змея грусти разбивалась о каменные двери сердца девушки, на которых аршинными буквами было написано: «Я верю!». Столь доброе и открытое людям сердце превращалось в неприступную крепость для отчаяния и обид, эти змеи лукавого много раз пытались свить гнездо в уютном уголке Асиного сердца… но она давно решила, что это место она оставит открытым только для двух типов созданий мироздания: для близких и страждущих.

Вряд ли нужно пояснять, что её сердце, несомненно, было открыто и Богу, ведь Он сам и создал этот теплый уголок на просторах всего необъятного мироздания.

Наутро она поспешила в храм, любимый духовный отец совершал богослужение, а хор пел необычайно сладкозвучно. Чин Божественной службы был знаком её давным-давно, но сегодня в самом воздухе разлилось что-то необычное. Нежный аромат ладана чувствовался особо тонко, и все было исполнено особой царственностью и благолепием. Нет, это была не напыщенная царственность, но та, которую узнаешь во взгляде с иконы – царственность, совмещенная со смирением.

После службы она попросила у своего любимого духовника благословение на предстоящее дело. Когда батюшка услышал об их затее, глаза его стали огненными, такие глаза были у льва из «Хроник Нарнии» Клайва Льюиса. По большому счету, батюшка мог и не говорить «Бог благословит» — его взгляд сказал намного больше.

Посидев еще немного на скамеечке и постаравшись еще глубже проникнуться благодатью, она направилась к выходу с твердой уверенностью, что все получится.

-Простите, милая!- окрикнул её кто-то.

Обернувшись, она увидела невысокого старичка, с невыразимо добрым взглядом. Конечно, она не стала бы спрашивать, сколько ему лет, хотя на вид определить не решалась: можно было дать и пятьдесят, и семьдесят. Она почувствовала, как от него веет добротой и каким-то душевным теплом.

-Да,- ответила она,- слушаю вас.

-Я невольно услышал ваш разговор со священником. Вы упомянули, что у вас нет актера, готового сыграть Деда Мороза.

-Пока, к сожалению, нет,- ответила она.

-У меня есть небольшой опыт в подобных делах,- ласково и несколько загадочно улыбнулся он,- Если вы будете непротив, я мог бы предложить свою скромную кандидатуру.

В любой другой ситуации Ася бы вежливо отказала или взяла бы время подумать, но, представив на нем шубу и красную шапку, она увидела Деда Мороза. Настоящего. Такого, каким он должен был быть.

-Мы с радостью возьмем вас,- улыбнулась она.

Поговорив о времени выступления и других организационных вопросах, они обменялись телефонами и распрощались.

Выйдя на улицу, Ася поспешила порадовать Лену. Впрочем, Лена не разделила восторг: какой-то непонятный человек, взявшийся непонятно откуда… она все больше удивлялась на свою подругу, которая прямо горела этой идеей.

-У тебя есть другие варианты?- привела Ася контраргумент.

-Нет,- сухо ответила Лена, которую начинали раздражать подобные сюрпризы.

Сценарий она написала довольно быстро. Спектакль на полчаса, световые метаморфозы, снеговик, Дед Мороз, Снегурочка – все, как и должно быть. Не хватало злодея, но Лене подумалось: а какое зло может случиться в Рождество? Это один из самых светлых праздников, напоминающий людям о том, что зло повержено, хотя и может иногда еще случаться. Снеговик и Снегурочка ждут Деда Мороза, готовят ему новые стишки. Добрый снеговик отдает свой нос голодному бельчонку, в надежде получить новый. Все просто, но удержать внимание малышей полчаса… теперь еще этот непонятный Дед Мороз, который к тому же сам напросился….

***

Асю разбудил телефонный звонок – в актовом зале приюта обрушился потолок, зона признана аварийной и детей туда, конечно, никто не пустит. До спектакля оставался день… всего день и детишки бы порадовались, через эту елку приблизились бы к празднику добра и щедрости… и теперь с этим куском потолка обвалилось все.

Покручивая в руках телефон, Ася собиралась звонить подруге, но все не решалась. Такое бывает:  вроде и понимаешь, что все пропало, а какая-то часть тебя не хочет в это верить и настойчиво ждет какого-то чуда.

«Нет!» — сказала себе Ася,- это просто искушение, которое нужно перетерпеть. Я должна найти зал, обязательно должна!

Выпив кофе, она стала обзванивать всех знакомых, кто имел хоть косвенное отношение к помещениям – но все было глухо. Добравшись до работы, он отложила в сторону папки с документами, которые должна была просмотреть и открыла интернет. Через час в глазах уже рябило от тысяч разноцветных страниц. Периодически она отрывалась, чтобы позвонить очередным владельцам сцены.  Естественно, все было забито. Еще бы, Рождественская неделя, тем более, сочельник.

Лена удивлялась безответственности подруги: всех взбаламутила и даже не подумала о репетициях… она старалась, писала сценарий, а теперь это никому не нужно. Конечно, она не знала о несчастье, постигшем детский дом. Ей очень хотелось отказаться, бросить все и высказать подруге, что нельзя так делать, что больше никогда она не пойдет на подобные авантюры. Сначала ужасный зал, который связал бы любого режиссера по рукам и ногам, потом отсутствие репетиций… да Ася даже сценарий не посмотрела! Рука Лены потянулась к мобильнику, но что-то остановило её.

***

Наконец, Асе попалась свободная площадка неподалеку от детского дома, но десять тысяч рублей в качестве минимальной оплаты заставили её несколько помрачнеть. Она понимала, что сделала все от себя зависящее. Пора было звонить Лене.

Оставив кабинет, Ася нашла укромное место и позвонила подруге. Конечно, та была не в восторге от сложившейся ситуации, и твердо сказала, что все нужно отменять. Тем более, где им найти такую сумму за день? Ей казалось, что подруга бредит, видно же, что ничего не получается.

Когда Ася возвращалась в кабинет, сердце было где-то в желудке, она понимала, что Лена, обычно эмоциональная, сейчас рассуждает здраво. Тяжело вздохнув, она открыла дверь кабинета и, заняв рабочее место, стала перебирать папки документов.

Неожиданно что-то упало со стола, наклонившись, она нашла на полу кожаный мешочек, на котором была вышита литера «Н», конечно,  она понимала, что это значит. Восторг сменился интересом и, открыв его, она обнаружила необходимую сумму на аренду зала.

После рассказа Аси о мешочке, у Лены пропал весь скепсис, она почувствовала, что они с подругой становятся частью чего-то большего. Они актеры, но режиссер здесь вовсе не она. Сама эта две тысячи тринадцатая по счету Рождественская история становится необычайным спектаклем с великолепным Режиссером.

***

Лена шла к оговоренному месту и в очередной раз её охватили сомнения: что они делают? Она не видела актера, они ни разу не репетировали, в последние дни  событий было так много, что не было времени даже подумать о репетициях. Да она даже актера не видела! Что сейчас будет? В определенный момент ей даже захотелось развернуться и уйти и пускай Ася сама выкручивается из каши, которую она заварила.

Конечно, она понимала, что не может так поступить, к тому же найденный Асей мешочек стал последней каплей, чертой, после которой и она понимала, что спектакль должен быть.

Зал был полон стеснительных детей, он оказался небольшим, но очень уютным. Сцена возвышалась над рядами детских голов и все ждали начала.

В гримерной девушки решили, что импровизация будет лучшим выходом из положения.

-А где твой Дед Мороз?

-Он звонил, сказал, что немного опоздает.

Лена взорвалась, но тут же успокоилась – она понимала, что криком делу не поможешь.

Они вышли на сцену и стали шутить, говорить о том, как они ждут Деда Мороза, как торжественно празднуют Рождество в разных странах. Ася начала рассказывать о том, какой это древний праздник, как праздновали его в разные века, на что снеговик, из шеи которого торчал шарфик рыжих волос, мрачно заметил, что Снегурочка с историческим образованием – это ночной кошмар детей всех времен и народов.

То, что происходило на сцене, напоминало не очень хорошую комедию, как вдруг над сценой, откуда ни возьмись, появились мыльные пузыри, принимавшие самые замысловатые формы, а с потолка неожиданно пошел снег.

В красной шубе и шапке появился Дед Мороз. В руке он сжимал белый посох. Он взял его двумя руками и посох превратился в два букета подснежников, которые он протянул Снеговику и Снегурочке.

При его появлении девушек охватила странная сладость, будто бы они попробовали разом все конфеты мира от самых искусных мастеров шоколадного дела. На минуту удалившись за сцену, Дед Мороз вынес огромный мешок.

Раздача подарков детям и теплые объятия морозного деда продолжались довольно долго, каждому ребенку он говорил свое особое слово о Рождестве, и глаза их загорались Небесной радостью.

Эпилог

Когда дети ушли, Дед Мороз обратился к девушкам.

-Спасибо вам.

-Нам? — удивился Ася, -Это ведь Вы устроили детям праздник. Признайтесь, это Вы подбросили тот мешочек?

-Спасибо, что нашли его.

-Что Вы имеете в виду?

-Я часто оставляю людям необходимое, но они не обращают на это внимание, не замечают мешочков, которые я оставляю им.

-А сейчас Вы скинете шубу и представитесь святителем Николаем?- улыбнулась Лена.

-Зачем же?- рассмеялся Дед Мороз,- Вы и так  узнали меня.

Вдруг в наших взрослых девушках взыграло детство, переглянувшись, они бросились на шею святителя. Прижавшись к его шубе на мгновение, они тотчас отпрянули и смутились.

-Простите,- кашлянув, проговорила Ася,- но ведь это мечта всех детей мира – обнять Деда Мороза,- умолкнув на мгновение, она поспешила добавить,- настоящего.

Святитель Николай отстегнул с пояса еще два мешочка, он протянул их девушкам.

-Нет! Нет!- затараторили они,- мы не возьмем!

-Передайте их отцу Г. Здесь достаточно для ремонта здания приюта.

В ладони каждой девушки появился тяжелый мешочек золота. Актрисы посмотрели на них. Когда они подняли глаза — на сцене  никого не было. Ася достала телефон и набрала номер старичка, но компьютерный голос в трубке холодно проговорил: «Набранный вами номер не существует».