Боль

Боль, только боль,
До конца честна со мной
И она бывает сладкой, но все чаще злой

Ария «Пытка тишиной»

Я уже сказал, что сразу после того, как первый раз очнулся, вновь потерял сознание, от пронзившей все мое тело боли. Мне казалось, что это лишь дурной сон, однако на утро дьявольский мираж не рассеялся, но лишь стал отчетливее. Когда очнулся, попробовал шевельнуть рукой, и в глазах вновь начало темнеть, тогда я еще был слаб, и не смог сдержать воплей и слез, стыдно, не спорю…

Ни то, что встать, сесть для меня будет немыслимым в ближайшие несколько месяцев. Проблема была еще и в том, что из-за своего заболевания я не могу лежать неподвижно, а каждое движение было болезненным, особенно первые несколько недель. Первые дни я постоянно орал и плакал, затихал лишь, когда меня покидало сознание. Проблемы были во всем: из плохо-ходящего, я превратился в лежачего, к которому нельзя было прикасаться. Любое прикосновение заканчивалось истерикой, возможно, этим я довел своих родственников до могилы

С детства я был весьма чистоплотным, но теперь мытье стало изощренной пыткой, мокрое полотенце казалось тогда страшным орудием, когда в раны попадала вода, они болели еще сильнее, даже без касания…

Примерно через неделю я перестал реагировать на прикосновения, нет, боль не стала меньше, я к ней привык. Просто не мыслил себя без нее. Спустя несколько месяцев все зажило, но вместо обещанного исцеления, я стал еще хуже: не мог даже встать, только ползал, и то еле-еле. Мама в бешенстве позвонила Ульзибату, рассказала о кошмаре, который все мы пережили, ладно я, но родственникам-то какого было?

Он коротко сказал: «Привозите». И мы вновь поехали в Тулу… Осмотрев меня, он сказал, что это нормальное явление, и необходима срочная операция, иначе ничего нельзя будет исправить. Ад повторялся, правда, теперь к нему добавился отец, который по пьяни очень любил схватить меня за изрезанные места…

Помню, когда боль второй раз начала утихать, мама-героиня, в коляске спускала меня с пятого этажа на себе, чтобы я мог погулять. Дети ненавидели меня, стадный инстинкт призывал поиздеваться над чужаком, меня били, сыпали песок в глаза, гоготали, а я не мог ничего сделать… любое движение или прикосновение – боль…

После второй операции, даже ползать было трудно, добродушный доктор предложил третью операцию бесплатно, но на сей раз мама, достаточно точно указала адрес, куда бы ему следовало пойти еще с самого начала…