Первый стих

Кудрявый мальчик вдруг склонится над листком
От рифмы, от нечаянной, хмелея.
А небо смотрит с грустью и тоской,
На памятник у Русского музея…

Александр Розенбаум «Петербургская осень»

Впервые муза посетила меня лет в девять. Отец уже не жил с нами, но временами отвозил меня в школу на машине. Тогда я впервые познакомился с творчеством Ивана Кучина и вдохновился впервые, правда, вопреки эпиграфу стихи были не о листке, а о черном вороне. Стихи тех лет я не хранил, ведь Поэзией это назвать было нельзя: были чувства, эмоции, но не было глубины, да и стилистика хромала на все четыре…

Стихи тех лет глупы: бабочки, девочки… любовь… а настоящий стих должен иметь глубину, быть откровением, сиять, как маленькое солнце. Это должен быть взрыв, удар грома, ослепляющий блеск молнии, как у Высоцкого, Розенбаума, Бодлера…

Потом некоторое время не писал. Как-то раз копался в дедушкиных инструментах, тогда в голове закрутились строчки, я словно выпал из этого мира, подранком бросился к компьютеру и стал возникать первый стих, с тех пор поэзия стала частью моей жизни. Сложно объяснить, как это происходит: Включаешь компьютер, открываешь Word и пишешь… А вдохновение?

Отвечу на это прекрасными стихами А.Розенбаума.

Как рождается песня… Сначала спускается ангел.
Проверяет, закрыта ли дверь, есть ли кофе в достатке,
Выгоняет гостей, убирает подальше стаканы,
Достаёт сигареты и ручку кладёт на тетрадку.
Я ему не мешаю, он очень талантливый малый,
Подрастёт — горе нимфам, живущим в беспечности юной.
Прикасаясь к плечу, мановеньем снимает усталость
И неведомо, как оживляет умершие струны.
Напевает мотив, исправляет неточную рифму,
Неназойливо гладит собаку, лежавшую рядом,
Ставит пальцы мои на лады полустертые грифа,
Не спуская с меня своего боголепного взгляда.
Проходя мимо клавиш, нажмёт пару нот ненароком,
Я, конечно, молчу, пусть резвится несносный ребенок.
Но как хочется дернуть его за смеющийся локон.
С фонарём я искал эти звуки три ночи бессонных.
Ангел знает об этом, его посвятил в мои тайны
Тот, которому служат крылатые голые дети.
Лист исписан. И звезды волшебные тают.
Ночь уходит, и друг покидает меня на рассвете,
Подмигнув на прощанье, отдернув окна занавеску,
Мальчик тихо взлетает к заоблачным райским чертогам.
Как рождается песня, одному только Богу известно…
Я к тому не причастен… Спросите об этом у Бога…

Александр Розенбаум